Систему заклинило

  • 22.09.2019

Все, что делает сегодня Кремль на политическом поле, свидетельствует об одном: механизмы правления, которые функционировали в течение двух десятков лет, себя исчерпали. А новую модель властвования Кремль восстановить уже не может

Так, что же исчерпали?

Выборы с заранее гарантированным результатом перестали быть надежным средством легитимации власти. Сбой может случиться в любом месте и в любое время. Более того, выборы становятся каналом для выхода протестных настроений.

Выборы с заранее гарантированным результатом перестали быть надежным средством легитимации власти

«Единая Россия», как партийное оформление всевластия, вызывает в обществе отторжение, превратившись в фактор дестабилизации.

Нанизанные на вертикаль структуры, которые должны ее очеловечить в виде «Всероссийского народного фронта», общественных палат, РПЛ и другого конфетти, имеют вид декоративных погремушек.

Внешнюю политику с устрашающим оскалом, цель которой — укрепить народную поддержку Кремля благодаря демонстрации государственного величия, общество воспринимает как способ отвлечь внимание от его реальных потребностей.

Вся эта многоэтажная конструкция правления, изъедена ржавчиной, грохочет и ковыляет. Но непонятно куда, разваливаясь на куски, которые берутся жить своей жизнью. Поэтому репрессии становятся для центра действенным (как кажется власти) инструментом контроля за ситуацией. О большем и мечтать не приходится. О чем свидетельствует печальная судьба путинских «нацпроекта», которые так и остались мечтой нацлидера.

Каток давит всех: и политических, и нейтральных, и лояльных, и оппозиционных

Репрессивный каток утрамбовывает все вокруг, следуя русской традиции. Значит, размазывая печень по асфальту. Иначе силовики не умеют. Машина насилия у нас не может работать селективно и по правилам. Ведь правил нет! Поэтому каток давит всех: и политических, и нейтральных, и лояльных, и оппозиционных.

Взрыв общественного протеста в связи с «делом Голунова» и «делом Устинова», в котором бросился участвовать кремлевский пропагандистский спецназ и даже секретарь генсовета «Единой России» Турчак, говорит о том, что правящий класс осознал надвигающуюся угрозу — для него! Это угроза попасть под каток, не распознает своих и чужих.

Участие провластных сил в разрешенном сверху протесте против полицейского произвола выглядит как попытка самой власти создать общественный консенсус по «красной линии». Переход этой линии должен вызвать одобрено обществом наказание — политических и протестующих без разрешения властей можно давить. Причем, именно понимание «политического» оказывается намеренно расплывчатым.

Власть, конечно, попытается использовать цеховую, профессиональную солидарность, которая начала возникать сегодня, для того, чтобы размыть общегражданскую солидарность. «Мы вытаскиваем своего парня. А на остальные и на других нам наплевать!» — вот вам и способ разбить протестное движение и создать новую базу стабильности в противовес смутьянов. Разве не остроумно ?!

Любое отступление власти и освобождения жертвы из когтей «правосудие», а тем более наказание правоохранителей за неоправданную «суровость» опасное для политического режима

Впрочем, все это не означает, что впредь не будет новых «Голунова» и «Устинова». Принятая властями тактика массового превентивного устрашения не имеет определителя настроений.

Между тем, любое отступление власти и освобождения жертвы из когтей «правосудие», а тем более наказание правоохранителей за неоправданную «суровость» опасное для политического режима. Ведь в этом случае подрывается принцип его безопасности — лояльность к силовикам в обмен на их безнаказанность.

Возникает системная ловушка. С одной стороны, при эскалации репрессий под раздачу попадут свои. Причем, свои с разных этажей общественной лестницы. Потому угроза быть раздавленным должна укрепить верноподданичество элиты и отбить у нее желание ворчать. Даже в мягком Кудринской стиле.

Еще важнее то, что эскалация репрессий сверху может вызвать эффект бумеранга снизу.

С другой стороны, от насилия нельзя отказаться. Никак нельзя! Потому прогнили политические устои, которые позволяют Кремлю удерживать контроль над обществом. Впрочем, запущенный каток остановить невозможно. Для самой власти, которая не имеет других критериев силы, отказ от насилия — проявление слабости. А потом куда девать сотни тысяч тех, кто ничего не может, кроме как размазывать печень по асфальту?

Словом, систему заклинило. Ни один мировой опыт не может нам показать, как из этого состояния выходить мировой державе, которая потеряла ориентир и теряет механизм управления собой.

Лилия Шевцова